То же самое, мой дорогой Уотсон, можно сказать и о ваших рассказиках, интригующих читателя только потому, что вы намеренно умалчиваете о некоторых подробностях...
- Ничего, раз это ты,- сказал я.- Просто я думал, что замок у меня получше. Он улыбнулся полными красными губами...
Вкруг глухо отвечал на волн ревущих глас; &nb..
Смотрите также:
Entrevistas a Tom Sharpe (Spanish)
Вы читаете «Дальний умысел», страница 1 (прочитано 0%)
«Блотт в помощь», закладка на странице 10 (прочитано 5%)
Перевод с английского В. МУРАВЬЕВА
ТОМ ШАРП -- ТОМ (Thomas Ridley) SHARPE (род. в 1928 г.)
Английский писатель, сатирик и юморист. Автор романов "Кембриджский
балаган" ("Porterhouse Blue", 1974), "Пейзаж с Блоттом" ("Blott on the
Landscape", 1975), "Беглец от прогресса" ("The Throw Back", 1978), "За грехи
отцов" ("Ancestral Vices", 1980), авантюрно-комической трилогии "Уилт"
("Will", 1976), "Выбор Уилта"("Тпе Will Alternative", 1979) и "Уилт на
пределе" ("Wilt on High", 1984). Роман "Дальний умысел" был опубликован в
Англии в 1977 году ("The Great Pursuit". London, Seeker and Warburg).
ПРЕДИСЛОВИЕ
Не смехом единым
Роман о литературе -- эка невидаль! Роман о массовой литературе Запада
-- делов-то! Роман о мирном и даже очень счастливом сожительстве
непотребного чтива с наисерьезнейшей, наиморальнейшей Литературой с большой
буквы -- тоже, пожалуй, известное дело, где-то слыхали и чуть ли не читали.
Ничем нас не прельстишь, все знаем заранее, еще получше, чем задним числом.
Итак, роман о литературе: о неисповедимом пути книги -- от окончания
творческого процесса до читателя, о том пути, который всякое общество со
времен Гуттенберга обеспечивает и обставляет по-своему. Литература --
явление социальное, а стало быть, и является читателям по законам и обычаям
такого-то общества. Все вроде бы нормально, а между тем, если приглядеться,
все нелепо, дико, несообразно -- не то смешно, не то чудовищно. Тут-то и
появляется на сцене приметливый -- большего и не требуется -- сатирик Том
Шарп.
Вот он и объект предстоящей сатиры -- горестная участь литературного
творчества на Западе, подверженного всемогущей рекламе, подвластного
непременной купле-продаже, пребывающего под мрачным надзором
неусыпно-блюстительной критики. Фальсификация литературы, подмена критериев,
внедрение ложных стандартов -- а ведь литература, как ни крути, все-таки
учебник жизни, и ее фальсификаторы это прекрасно понимают.
Что же до сатирика, то он, проникнув на кухню массовой литературы,
оказывается в мире назойливых мнимостей и пытается изничтожить их, порождая
ложные, издевательские подобия -- пародии на ненастоящих людей и их
поддельные создания.
А пародии бывают смешные и не смешные. С этим, вероятно, никто и
спорить не станет. Однако само по себе это утверждение еще почти ничего не
значит; оно даже несколько обманчиво, есть в нем некая лукавая огульность.
Ведь осмеяние может быть своего рода признанием и искуплением, приглашением
в шутовской, скоморошеский хоровод-процессию: как известно, в
республиканском Риме встречали триумфаторов насмешками и дразнилками.
Тем временем:
... Вернее, не то что ненавижу, а
просто мне органически противопоказаны "сильные и суровые мужчины". Нет,
конечно, это ничего, что ты тоже сильный, но я же не о том, сам понимаешь.
Так шумят, что не слышу собственных мыслей. Словом, я тебя люблю и, если
только найду марку в этом бедламе, пошлю письмо с_р_о_ч_н_о, чтобы ты
получил это заранее. Люблю тебя, люблю, люблю. А ты знаешь, что за
одиннадцать месяцев мы с тобой танцевали всего два раза? Не считаю тот
вечер, когда ты так напился в "Вангарде". Наверно, я буду ужасно стесняться.
Кстати, если ты кому-нибудь про это скажешь, я тебя убью! Жду субботы, мой
цветик.
Очень тебя люблю. Фрэнни.
P.S. Папе принесли рентген из клиники, и мы обрадовались: опухоль есть,
но не злокачественная. Вчера говорила с мамой по телефону. Кстати, она шлет
тебе привет, так что можешь успокоиться - я про тот вечер, в пятницу.
По-моему, они даже не слышали, как мы вошли в дом.
P.P.S. Пишу тебе ужасно глупо и неинтересно. Почему? Разрешаю тебе
проанализировать это. Нет, давай лучше проведем с тобой время как можно
веселее. Я хочу сказать - если можно, хоть раз в жизни не надо все, особенно
меня, разбирать по косточкам до одурения. Я люблю тебя.
Фрэнни (ее подпись)"...
ресурс Том Шарп (Thom Sharp)
