Замечания на письмо Чаадаева 1836 XXXVIII. Чаадаев М. Я. 26.I.1837 XXXIX. Экштейн Ф. д' 12.Х.1837 XL...
r /> И зелень мешает с веселой волной: &n..
Но наше Министерство иностранных дел ему отказало. Этот мой маршрут не был принят Академией. Он стоил слишком дорого. Я примирился с отказ..
Смотрите также:
Entrevistas a Tom Sharpe (Spanish)
Вы читаете «Звездный час Уилта», страница 44 (прочитано 23%)
«Блотт в помощь», закладка на странице 10 (прочитано 5%)
«Дальний умысел», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
-- Что за тачка-- твой
"эскорт". И жить в одном доме с соседями -- не в кайф. То ли дело -- свой
дом, чтоб ни с кем не делить. А во дворе -- "ягуар": Клевяк, а?
-- Не совсем, -- произнес Уилт. У него к "ягуару" душа не лежала. Ева и
на маленькой машине гоняет так, что только держись.
-- Ладно. Считай, что пятьдесят тысяч у тебя в кармане.
-- Пятьдесят тысяч?
-- Ну да. Плачу наличными -- Маккалем покосился на дверь. Уилт тоже.
Надзиратель не появлялся.
-- Наличными?
-- Купюры мелкие, старые. Никто не докумекает. Лады?
-- Нет, не лады, -- решительно сказал Уилт. -- Меня деньгами не...
-- А ну не бухти! -- грозно зарычал Маккалем. -- Ты живешь с женой и
четырьмя дочками в кирпичном доме, Оукхерст-авеню, 45. Машина -- "Эскорт"
цвета собачьего дерьма, номерной знак ХПР 791 Н. Номер счета в банке
"Ллойдз" -- 0737. Еще что-нибудь рассказать?
Уилту этих сведений было вполне достаточно. Он вскочил с места, но
Маккалем остановил его:
-- Сиди, покуда ноги целы. И дочки тоже. Уилт как подкошенный упал на
стул.
-- Что вам от меня надо?
-- Ничего, -- улыбнулся Маккалем. -- Ровным счетом ничего. Езжай себе
домой, прочти эту бумажку, а дальше все пойдет как по маслу.
-- А если я откажусь? -- Уилт был близок к обмороку.
-- Хуже нету, чем лишиться всей семьи, -- загрустил Маккалем. -- Как
после такого на свете жить? Особенно калеке?
Уилт как завороженный смотрел сквозь металлическую сетку и уже не в
первый раз -- а при нынешних обстоятельствах, может, и в последний --
раздумывал: почему его на каждом шагу подстерегают чудовищные неприятности?
Маккалем и впрямь чудовище и слов на ветер не бросает. Отчего так: что ни
злодей -- то человек дела?
-- Я хочу знать, что это за бумажка, -- сказал Уилт.
-- Ничего особенного. Просто знак. А Форстер, по-моему, типичный
представитель среднего класса. Жул со старушкой-мамой, кушал конфетки...
-- К черту старушку-маму! С чего вы взяли, что я буду..
Но потолковать о будущем они не успели: вернулся надзиратель.
-- Кончайте ваш урок, -- объявил он. -- Закрываем лавочку.
-- До свидания, мистер Уилт, -- с ухмылкой бросил Маккалем, когда
надзиратель вел его к двери. -- До следующей недели.
Но Уилт всерьез сомневался, что они увидятся на следующей неделе.
Страницы: (187) : <<
Тем временем:
... Как ни странно, его отвели в самую гущу многолюдного пляжа и познакомили с коротеньким священником в широкополой шляпе, с широкой улыбкой, который прыгал по песку со стайкой бедных ребятишек, возбужденно размахивая маленькой деревянной лопаткой. Когда священника, склонного к криминологии (как оказалось, его звали Браун), удалось наконец оторвать от детей, но не от лопатки, тот, по мнению Мигглтона, повел себя еще хуже. Он стал беспомощно семенить от аттракциона к аттракциону, болтая о том о сем, и особенное внимание уделил игральным автоматам, серьезно и даже важно бросая монетки, чтобы поиграть в гольф, футбол или крикет заводными фигурками. Наконец он увлекся миниатюрными бегами, где одна металлическая кукла просто гналась за другой. Правда, он все время внимательно слушал незадачливого сыщика, которого очень раздражало, как это правая его рука не знает, что делает с монетами левая. — Не могли бы мы пойти и посидеть где нибудь? — нетерпеливо спросил Мигглтон. — Я хочу показать вам одно письмо, иначе вы в этом деле не разберетесь. Оторвавшись со вздохом от прыгавших кукол, отец Браун пошел к железной скамейке, стоявшей на берегу. Когда они сели, сыщик молча протянул ему письмо. Отцу Брауну оно показалось резким и странным. Он знал, что миллионеры не всегда учтивы, особенно — с подчиненными, но было тут еще что то, не только бесцеремонность. «Дорогой Мигглтон! Я никогда не думал, что мне потребуется такая помощь, но я совсем дошел. Последние два года это все тяжелее выносить. Вот что, я думаю, вам надо знать: есть один грязный мошенник, к стыду моему, — мой кузен. Он был зазывалой, бродягой, знахарем, актером, да чем хотите, даже имел наглость действовать под нашей фамилией, называя себя Бертраном Брюсом. Видимо, сейчас он пристроился в здешнем театре или он пытается туда влезть. Но можете мне поверить, не это ему нужно. Нужно ему — настичь меня и расправиться со мной. Это старая история, она никого не касается. Было время, мы шли голова в голову, соревнуясь в успехах да и в так называемой любви...
ресурс Том Шарп (Thom Sharp)
