Август был обманут искусной подделкой, хотя взгляд имел проницательный. &..
Он уехал из Омахи — я его больше никогда не видел. И не хотел видеть, но теперь хочу и моя жена хочет. Месяц назад, восьмого марта я узнал, что он не брал денег...
; 5 &nb..
Смотрите также:
Entrevistas a Tom Sharpe (Spanish)
Вы читаете «Новый расклад в Покерхаусе», страница 1 (прочитано 0%)
«Блотт в помощь», закладка на странице 10 (прочитано 5%)
«Дальний умысел», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Звездный час Уилта», закладка на странице 44 (прочитано 23%)
Перевод В. Шапенко, М. Сапрыкиной
Ивану и Пэму Хаттингу посвящается
- 1 -
Банкет удался на славу. За всю историю колледжа такого не помнил никто
- даже старик Прелектор {Старый лектор. (Здесь и далее примеч. пер.)},
завсегдатай банкетов с 1909 года, - а Покерхаус всегда славился своей
кухней. Чего здесь только не было: икра, луковый суп по-французски, калкан в
шампанском, лебедь, фаршированный мясом дикой утки, и, наконец, бифштекс в
память об основателе колледжа: по этому поводу в камине большого зала
зажарили целого быка. Перед каждым стояло по пять бокалов, и к каждому блюду
подавали свое вино. К рыбе - французское белое, к дичи - шампанское, а к
бифштексу - лучшее бургундское из погребов колледжа. Два часа длился банкет.
Двери и закрываться не успевали, пропуская прислугу с новыми и новыми
яствами на серебряных блюдах. Официанты склонялись под тяжестью подносов и
бременем ответственности: шутка ли - такое торжество! На два часа Покерхаус
с головой погрузился в древний ритуал, исполнявшийся из века в век. Весь
остальной мир перестал существовать. Воцарилось прошлое: так же, как и много
лет назад, гости усердно работали ножами и вилками, звенели бокалами и
шуршали салфетками, а сквозь все это доносилось шарканье слуг. По улицам
Кембриджа гулял зимний ветер, от этого еще приятнее было сидеть в теплом
зале, еще сильнее ощущался праздник. Сто свечей в серебряных канделябрах
грациозно возвышались над столами. Причудливые тени склоненных официантов
скользили по стенам с портретами Ректоров колледжа. С портретов смотрели
люди разные: суровые и веселые, политики и ученые, но все они, как один,
были изображены круглолицыми и румяными. Да и не мудрено, ведь кухня
Покерхауса славится с давних времен. Вот только новый Ректор отличался от
своих предшественников. Сэр Богдер Эванс сидел за профессорским столом и
церемонно поковыривал вилкой лебяжье мясо, чего нельзя было сказать о членах
Ученого совета колледжа: они от души наслаждались трапезой. С бледного лица
сэра Богдера не сходила странная улыбка: он явно страдал отсутствием
аппетита. Казалось, что мысли его витают далеко, и, чтобы отвлечься от тягот
плоти, он размышлял над какой-то тонкой интеллектуальной шуткой.
- Такой вечер запомнится надолго, господин Ректор, - сказал Старший
Тьютор {Руководитель группы студентов в английских университетах.}. По губам
и подбородку его стекал жир.
- Несомненно, Старший Тьютор, несомненно, - пробормотал Ректор. Это
непрошеное замечание еще больше его позабавило.
Тем временем:
... Тогда они приходят в
возбуждение, лихорадочное, но не лишенное приятности, потому что наступил
конец бездействию, и становятся похожими на сухопутных животных, которые
побывали в море, а теперь возвращаются в родную стихию.
Первой заговорила Клер:
- Вы так и не объяснили, почему вас зовут Тони, хотя на самом деле А
ваше имя Джеймс.
- Потому что потому. Клер, неужели с вами нельзя говорить серьезно?
Поймите, времени мало: проклятый пароход того и гляди причалит. Мне просто
нестерпимо думать, что я больше не буду видеть вас каждый - день!
Клер быстро взглянула на него и снова уставилась на берег. "Какое
тонкое лицо!" - отметила она про себя. Лицо у Тони в самом деле было тонкое,
удлиненное, смуглое, решительное, но смягченное добродушием; глаза
темно-серые и, пожалуй, слишком искренние; фигура стройная и подвижная.
Молодой человек завладел пуговицей ее пальто:
- Вы ни словом не обмолвились о себе, но я все равно знаю, что вы
несчастливы.
- Не люблю, когда люди распространяются о личных делах.
Он всунул ей в руку визитную карточку:
- Возьмите. Вы всегда найдете меня через этот клуб.
Клер прочла:
Мистер Джеймс Бернард Крум.
"Кофейня".
Сент-Джеймс-стрит.
- По-моему, ужасно старомодный клуб.
- Да. Но неплох даже сейчас. Отец записал меня туда, как только я
родился.
- В нем состоит муж моей тетки сэр Лоренс Монт. Он высокий, тонкий,
лицо подергивается. Самая безошибочная примета - черепаховый монокль.
- Постараюсь его найти.
- Чем вы намерены заняться в Англии?
- Поисками работы...
ресурс Том Шарп (Thom Sharp)
